То есть ты считаешь, что существование персонажей типа Гендальфа или Оби-Вана является оскорблением для пожилых людей?
Ох.
Оба примера чрезвычайно неудачны.
Оби-Ван показан в разном возрасте, в разной роли, да и после смерти вёл весьма активную жизнь,
надоедая
являясь молодому поколению. Такого поди ещё сделай «не более чем
верстовым камнем в развитии героев, этапом, к которому они никогда
больше не вернутся». :D
Гэндальф тоже не сидел себе у камина, пока герои шастали по лесам и долам, а бодро шастал с ними вместе и даже балрога укоцал.
Даже если не учитывать, что один из них джедай, а другой майа (и в
архетип «старого дедушки-наставника» сами по себе укладываются с большим
скрипом, потому что стареют они не так, как обычные люди), они всё
равно вряд ли годятся, чтобы быть иллюстрацией эйджизма.
Вот Палпатин, который, поубивав джедаев и совратив Анакина, внезапно
покрылся неэстетичными морщинами, практически складками провисшей кожи —
это несколько ближе.
Дисклеймер: объектификация в той или иной мере присутствует во
множестве явлений и взаимодействий, и не во всех является чем-то плохим
(например, когда мы вычисляем грузоподъёмность лифта, то не вникаем в
ОБВМ пассажиров, а считаем их объектами такой-то массы и объёма).
Итак.
Калики перехожие в мультике вполне могут являться объектификацией пожилых людей.
Если объектификация какой-то группы людей является де-факто нормой (а
иногда и де-юре, если, гипотетически, сценаристу могут завернуть
сценарий, потому что про стариканов молодой аудитории смотреть
неинтересно, и это официальная политика телеканала), это плохо, потому
что формируется взгляд на эту группу как на лишённную чувств и желаний
или такую, чувства и желания которой не имеют значения.
Если роль стариков в культуре всегда или почти всегда объектная, это не есть хорошо по вышеуказанным причинам.
Старики — живые люди, у которых есть желания, чувства и переживания.
Если произведения культуры показывают стариков в основном как plot
devices, это обидно, и это плохо, почему — см. выше.
Понятно, что невозможно в каждом произведении раскрывать полностью
внутренний мир каждого эпизодического персонажа. Но вот что можно
сделать:
— показывать наличие этого внутреннего мира, пусть кратко
— создавать произведения, где такие персонажи — главные герои
— не создавать и не поддерживать стереотипы, главным образом - принижающие («все
старики бесполезны»), но и другие тоже («все старики — мудрые
советчики»).
Понятно, что в прошлом на объектификацию и её последствия могли смотреть
по-другому. Это не значит, что сказки надо запретить или там
переписывать (хотя средневековые сказки адаптируют для детей, потому что
допустимый уровень графичности насилия с тех пор сильно изменился), но
можно объяснять детям, почему там оно так, а в современные произведения
уже стереотипы не тащить.